Мышевидная соня и селевиния

Есть животные, которые знакомы многим людям. Они непременные персонажи сказок, олицетворяющие те или иные качества людей. Лиса  —  обязательно хитрая. Волк  —  или простак, или кровожадный злодей. Медведь  —  этакий увалень, тугодум и обжора.

Но есть и другие. Те, про которых не всякий специалист-зоолог может сказать: я видел. И про них тоже слагаются легенды, но другие, зоологические, о том, что кому-то крупно повезло наблюдать в природе редкостную живность, а то и поймать её. И вовсе не обязательно, чтобы это была какая-нибудь таинственная Несси  —  легендарный чудо-ящер из озера Лох-Несс в Северной Шотландии. Наоборот, чаще всего такие уникальные животные неприметны  —  пройдёшь рядом и даже не удивишься. Если, конечно, ты не специалист-зоолог и не знаешь каких-нибудь особенных черт, позволяющих узнать в обыкновенной «мышке» редкость

Среди млекопитающих нашей страны есть немало зоологических редкостей. В их число любой териолог (зоолог, изучающий млекопитающих) одними из первых непременно занесёт 2 вида сонь  —  мышевидную и селевинию. Обе они были внесены когда-то в Красную книгу СССР как виды III и IV категории охраны  —  редкие, малоизученные.

Их внешний вид довольно сходен и вроде бы ничем не примечателен: так, обыкновенные мышевидные грызуны. Есть такая сборная категория мелких млекопитающих, выделяемая зоологами для удобства: всё, что похоже на обыкновенную мышь, так и называется  —  мышевидный грызун. Обе сони размером с домовую мышь или чуть крупнее, серого цвета, с довольно длинным хвостом. Правда, мех очень пушистый, да и хвост не по мышиному покрыт густыми короткими волосами. Последняя особенность отличает эти 2 вида не только от всех наших мышей, у которых хвост практически голый, но и от ближайших родственников  —  других сонь. Те, наоборот, с пушистым, почти как у белки, хвостом.

Когда-то, несколько миллионов лет назад, почти во всей Евразии было почти так же тепло, как сейчас, скажем, в Грузии. Похожей была и растительность: на месте современных лиственных и смешанных лесов  —  яркая, субтропическая. Впрочем, конечно, были и степи, и обширные луга. Да и пустыни барханились песками почти там же, где и сейчас. В те далёкие времена сони были очень разнообразны и многочисленны. Сейчас их осталось совсем немного. Некоторые из них, правда, смогли приспособиться к изменённому климату и живут себе припеваючи, например садовая соня. А вот мышевидной соне и селевинии не повезло  —  они оказались на грани вымирания.

Оба этих вида отличаются от других сонь и сходны между собой не только отмеченными выше внешними особенностями, но и некоторыми чертами образа жизни. Живут они на земле, а не на деревьях, как другие сони. Их родина  —  жаркие полупустыни Азии, тогда как все остальные сони живут в лесах. Впрочем, на этом их сходство, пожалуй, заканчивается, начинаются различия.

 

Мышевидная соня

Один из самых редких грызунов нашей фауны. Она найдена только в горах Копетдага, на самом юге Туркмении (Туркменистана). Впервые эта соня была поймана в 1923 г. И сразу же была описана как новый вид и род. После этого о ней долгое время не было ни слуху, ни духу. Только в 60-е гг. несколько мышевидных сонь поймали в Иране и на Балканах. Да в Копетдаге время от времени отдельные костные остатки этих зверьков находили в погадках хищных птиц.

Что такое погадка? Ястреб, орёл или сова съедает мелкую добычу  —  мышь или воробья целиком, со всеми костями, перьями и шерстью. После того как пища переварена, птица отрыгивает остатки, которые не усвоились, в виде плотно слепленных комочков. Они-то и называются погадками. Разобрав такие комочки и определив видовую принадлежность содержащихся в них останков, можно выяснить, чем питалась птица. Поскольку охотится хищник не за тридевять земель, а в окрестностях гнезда, по изучению погадок можно установить, какие из мелких млекопитающих или птиц населяют местность, где живут и охотятся пернатые хищники. А ловцы они получше, чем многие зоологи. Поэтому, чтобы получить представление, кто из грызунов живёт, например, в Копетдаге, можно воспользоваться услугами этих добычливых охотников.

Наша музейная экспедиция несколько сезонов работала в Западном Копетдаге, приблизительно в тех местах, где была впервые поймана мышевидная соня. В этих невысоких горах расположено очень много живописных ущелий с выразительными названиями. Целью экспедиции был сбор научной коллекции мелких млекопитающих. В этом деле на погадки надейся, но и сам не плошай, так сказать. А это значит, что каждый вечер полный рюкзак мышеловок на плечи  —  и в гору. А утром  —  проверить, что в них попалось, обработать улов, отпрепарировать его. И так изо дня в день. В добавление к мышеловкам  —  ловчие конуса, которые нужно вкопать в землю, плюс капканчики в россыпях на пищух, ночной сбор с фарой по дорогам  —  чего там только не бегает, да ещё лазанье по пещерам в поисках летучих мышей.

Из одной такой поездки нам посчастливилось привезти несколько мышевидных сонь. Выяснилось, что они живут в Копетдаге на самых водоразделах – на сухих склонах, поросших довольно густой травой и деревцами миндаля. Однако мы не смогли ни понаблюдать за их повадками, ни узнать, чем питаются эти сони  —  зверьки попали к нам в руки, к сожалению, уже мёртвыми.

Мышевидная соня

Одна из загадок мышевидной сони: все встречи с ней бывают только весной, в апреле – мае. Неужели она, как только под летним жарким начинает выгорать травянистая растительность, ложится спать до следующей весны? Вообще-то, все сони на зиму залегают в спячку, отсюда и их название. В пустыне же такое продолжительное выключение из жизнедеятельности  —  на 2/3 года, а то и более  —  вещь вполне обычная. Некоторые суслики, например, именно так и поступают, спасаясь от жары. Они активны только 2—3 весенних месяца, а лето, осень и зиму спят без просыпу. Может быть, и наша мышевидная соня так себя ведёт?

К северо-востоку от Копетдага, за неласковыми для человека просторами Каракумов и Кызылкума, лежит Бетпак-дала  —  Голодная степь. Копетдаг  —  низкие, но всё-таки горы. Каракумы и Кызылкум взбугрены барханами, песчаными грядами. Бетпак-дала  —  плоская, как стол, от горизонта до горизонта ни одного холмика. Здесь-то, на щебнисто-глинистой, иногда засоленной равнине, поросшей терескеном, караганой, кое-где саксаулом, живёт ещё одна редкая соня  —  селевиния. Особенно привязана она к кустикам солянки-боялыча, поэтому её иногда называют боялычной соней.

 

Селевиния

Как и мышевидная соня, была открыта советскими учёными в конце 30-х гг. XX века. Названа она в честь зоолога В. А. Селевина, который первым из зоологов поймал её. Оказалось, что найденный им замечательный зверёк  —  представитель не только нового вида и рода, но и нового семейства грызунов, ранее не известного науке. Настоящий зоологический уникум.

Селевиния

Областью распространения этой сони являются полупустыни юга и юго-востока Казахстана, небольшой участок ареала находится ещё в северо-западном Китае. Повсюду этот мелкий грызун очень редок.

Однако, может быть, это только так кажется: ведь до сих пор все экземпляры были пойманы руками. В ловушки селевиния не идёт, поэтому судить о её численности в природе нет никакой возможности.

В связи с этим стоит вспомнить, что когда-то очень редкими считались землеройки-бурозубки. Но после того как зоологи научились их ловить, оказалось, что все леса буквально напичканы этими крохами. Конечно, и среди них есть по-настоящему редкие виды. А селевиния?.. Впрочем, лучше не экспериментировать, не искать для неё какую-то особую ловушку. Пусть эта соня живёт себе спокойно, там где это предназначено ей природой.

Здесь есть одна загвоздка. Пытливый ум человека не может мириться с тем, что ему что-то неизвестно. Но, к сожалению, далеко не всегда удаётся раскрыть какую-то загадку природы, животного, не повредив им. Изучение внутреннего строения, физиологии  —  всё это требует вмешательства в организм. Поэтому в научных целях допустима ограниченная добыча даже очень редких зверей. К чести учёных нужно отметить, что ещё ни один вид животных не был поставлен под грозу уничтожения их изысканиями. Виной сокращения видов является неумеренная эксплуатация природы и браконьерство, а также сокращение мест, пригодных для обитания диких животных и загрязнение окружающей среды.

Вот и приходится время от времени отправляться зоологам в Бетпак-дала, чтобы, обследуя метр за метром, кустик за кустиком, руками отловить несколько селевиний для исследований.

О селевинии сегодня известно больше, чем о мышевидной соне. Она питается почти исключительно насекомыми, хотя и числится в отряде грызунов. Особенно любит селевиния саранчовых, за которыми этот, в общем-то наземный зверёк, довольно шустро лазает по кустам. Селевиния очень прожорлива  —  за сутки может съесть почти столько же, сколько весит сама. Голос у неё похож на тихое стрекотание кузнечиков, которыми она питается. Живёт селевиния в небольших норах, которые сама роет под корнями кустов. Зимой залегает в спячку.

Линька боялычной сони проходит совсем не как у других млекопитающих. Обычно зверь линяет так: у него постепенно выпадает волос за волосом, а на месте выпавших волос так же постепенно вырастают другие. Такое «переодевание» происходит у большинства зверей дважды в год  —  весной и осенью. Селевиния же линяет раз в год, перед тем как залечь в спячку. Во время линьки у неё отслаивается небольшими кусочками весь эпидермис (верхний слой кожи) со всеми сидящими на нём волосами. К моменту, когда тот или иной кусочек должен совсем отпасть, под ним уже готовая новая шкурка. Больше похоже на смену кожи у змей или ящериц.

Современное состояние численности этих видов редких сонь, к сожалению, внушает опасение.

Поделитесь этим с друзьями и знакомыми


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.